«Моана» провалилась в прокате, но Джонсон не унывает

Дуэйн Джонсон признал, что игровая версия «Моаны» не оправдала ожиданий в прокате, однако назвал главным результатом фильма не кассовые сборы, а возможность показать полинезийскую культуру широкой аудитории. В разговоре с People актер, вновь сыгравший Мауи в полнометражной экранизации, рассказал, почему лично для него этот проект оказался важнее коммерческих показателей.

Игровая «Моана» стала заметным экспериментом Disney: студия перенесла на экран историю из анимационного фильма 2016 года, сохранив основных персонажей и музыкальную основу, но добавив живых актеров. Джонсон вернулся к роли полубога Мауи, которого в оригинальном мультфильме он озвучивал. На этот раз актеру пришлось не только работать с голосом, но и воплотить персонажа физически.

Для Джонсона проект имел особое значение из-за его семейных корней. Его мать — самоанка, а сама история «Моаны» тесно связана с культурой и традициями народов Полинезии. Поэтому актер рассматривает фильм не только как очередную экранизацию успешной франшизы, но и как возможность сделать культуру региона более заметной для международной аудитории.

«Культура по-настоящему заявила о себе — это и была главная причина, по которой картину вообще сделали», — объяснил Джонсон. По его словам, особенно важным это может быть для детей, которые впервые видят на большом экране персонажей и образы, связанные с их собственной культурой.

«Они могут показать пальцем и сказать: «Вон это мы. Разве не круто?»» — отметил актер. В этом контексте он воспринимает сам факт появления такой истории в крупном голливудском проекте как самостоятельный результат, который невозможно измерить только количеством проданных билетов.

При этом финансовые показатели игровой «Моаны» оказались значительно слабее ожиданий. При заявленном бюджете около $250 млн картина собрала примерно $262 млн в мировом прокате. Для масштабного проекта Disney такая разница между производственными затратами и кассовыми сборами означает крайне ограниченное пространство для окупаемости после учета маркетинговых расходов и доли кинотеатров.

Еще одной проблемой стала реакция профессиональных критиков. На Rotten Tomatoes фильм получил всего 31% положительных рецензий. Среди претензий к картине звучали обвинения в отсутствии самостоятельной творческой идеи и чрезмерной близости к анимационной версии 2016 года.

Критик Хорхе Ривера Рубио охарактеризовал фильм как «бездушную попытку срубить денег» и рекомендовал зрителям вместо него пересмотреть мультфильм. Майкл Медвед назвал картину «затхлой и скучной», а Алан Скалли обратил внимание на то, насколько точно игровая версия воспроизводит сюжет и музыкальную структуру оригинала.

При этом реакция зрителей оказалась противоположной. На Rotten Tomatoes аудитория оценила фильм значительно выше — в 88%. Разрыв между оценками критиков и зрителей показывает, что проблема картины не обязательно связана с неприятием истории самой публикой. Однако положительная реакция аудитории не превратилась в сопоставимый поток зрителей в кинотеатры.

Для Disney ситуация особенно показательна на фоне стратегии по переносу популярных анимационных проектов в игровое кино. Такой подход позволяет студии повторно использовать известные истории, персонажей и музыкальные бренды, но одновременно повышает требования к бюджету и оригинальности новой версии. В случае «Моаны» высокая стоимость производства стала особенно заметной на фоне сравнительно небольшого проката.

Съемки возглавил режиссер Томас Каил, а главную роль Моаны получила Кэтрин Лагаайя, для которой проект стал дебютом в полнометражном кино. Выбор новой актрисы позволил создателям представить персонажа уже не как анимационный образ, а как живую героиню, вокруг которой строится самостоятельная экранная история.

Для Джонсона же центральным итогом остается культурное представительство. Его позиция показывает разницу между двумя способами оценки крупного фильма: финансовым результатом и влиянием на аудиторию. В случае «Моаны» первый показатель оказался слабым, тогда как второй актер связывает с возможностью дать детям из полинезийских семей узнаваемые образы на экране.

В дальнейшем для Disney ключевым вопросом остается то, сможет ли компания превращать известные анимационные истории в игровые фильмы без потери их самостоятельности. У «Моаны» уже существует сильная узнаваемость оригинала, поэтому новая версия конкурировала не только с другими фильмами в прокате, но и с собственной анимационной предшественницей.